Четверг, 22 Февраль 2018 13:34

Война — это самое страшное

Оцените материал
(0 голосов)

В конце января свой 90-летний юбилей отметила Мария Степановна Краснова.

Она родилась и всю жизнь прожила в селе Александровка, и до сих пор восхищается красотой своей малой родины: «Такого удивительного леса, такой природы вы нигде не увидите. Сколько бы сын меня ни уговаривал, я из родного дома никуда не уеду».

Во время всеобщей коллективизации три небольших посёлка сельского поселения Малая Малышевка — Сосновка, Александровка и Подлесный объединил колхоз «Красный ударник», где начинали трудиться еще родители Марии. Колхоз считался зажиточным — на бескрайних полях выращивали рожь, пшеницу, картофель, а на фермах содержались лошади, коровы, поросята, овцы, была даже своя пасека. Работать приходилось помногу, но за трудодни тогда щедро платили. «Жили мы хорошо, — вспоминает Мария Степановна. — Ни в чем не нуждались. Хлеба стояли такие, что зайдешь в них, а тебя не видно. Картофель всегда приносил хороший урожай. Я училась в Маломалышевской школе, и хотя ходили туда пешком, было всегда весело. На попутную телегу с лошадью свои школьные принадлежности сложим и идём целой ватагой ребятишек». Беззаботная жизнь закончилась, когда объявили о начале войны. Сёла сразу опустели. Мужчины все до одного ушли на фронт — среди них был и отец Марии. Его комиссовали через три месяца после тяжёлого ранения. Он переносил ящик со снарядами и попал под сильный обстрел — уцелел случайно, раздробило только руку. Брата на фронт забрали в 1943 году, ему еще не исполнилось даже восемнадцати, а уже через полгода пришла похоронка — погиб в бою. «Учёбу пришлось сразу бросить, — рассказывает Мария Степановна. — Мне шёл четырнадцатый год, когда в деревню приехали начальники из города. Объявили, что тем, кому четырнадцать исполнилось и больше, надо записаться на курсы трактористов. Нас таких четыре девчонки было и три парня — отучились, выдали справки, и мы вернулись домой. Дело шло к посевной, поэтому сразу взялись за ремонт инвентаря, техники, которая осталось в колхозе. Из взрослых с нами работали женщины и один пожилой бригадир. Когда папа вернулся с фронта, тоже стал трудиться на полях. Мы вручную косили рожь, пшеницу, а молотили всё уже комбайном — он был один на все поля. Конечно, приходилось очень тяжело, но зато мы не голодали, почему-то везло на урожай, и работоспособность у нас была какая-то нечеловеческая, даже у детей. Понимали, что перестанем работать — умрем от голода».  

С началом войны в Александровку начали привозить много эвакуированных людей из других городов. В основном это были женщины с детьми, их подселяли к местным жителям. Обустроившись на новом месте, они приходили в колхоз на подработку, но платили им гораздо меньше, так как они почти ничего не умели делать. Маша часто видела, как женщины набирали горсть пшеницы и клали в карман. Как-то она спросила: «А зачем вам зерно, что вы из него делать будете?» Ей ответили: «А мы сейчас придём, распарим его, сварим, и каша пшеничная будет». Девочка тогда долго удивлялась, как из простого зерна можно кашу варить — она же невкусная будет.

Важным событием для Александровки стал день, когда рядом с селом появился целый аэродром. Дети бегали смотреть на самолеты несколько месяцев подряд. «Самолеты были ИЛ-2, мы их называли «илюшами» и «кукурузники», — вспоминает Мария Степановна. — На улицах сразу появились мужчины — курсанты, офицеры. Они часто помогали с уборкой урожая, когда мы совсем не справлялись. Еще они пускали детишек на просмотр фильмов, правда, не всех, только маленьких. Помню, бригадир меня на лошади отправил за горючим для трактора. А поводья были из мочалки сделаны, ведь всё лучшее на фронт отправляли. Я запрягла и поехала. Было холодно, и лошадь бежала очень быстро, а что я с поводьями из мочалки сделаю? Остановить её не смогла и случайно сбила курсанта. Потом очень переживала, все спрашивала: «Живой? Живой остался?» Повезло, выжил. Ещё помню, как-то мы сеяли картошку за поселком. Видим — самолет с аэродрома поднялся, немного пролетел, загорелся и рухнул. Говорили потом, что в нём два курсанта погибли, сгорели заживо. Похоронили их на нашем кладбище. Во время войны много летчиков, которые летали с этого аэродрома, погибло. Поэтому важно, что памятник в честь них именно в нашем селе установили — спасибо за это главе поселения Сергею Викторовичу Курапову».

Когда война окончилась, село ненадолго опустело — уехали в свои города эвакуированные семьи, аэродром расформировали. Постепенно стали возвращаться мужчины, в основном все с ранениями. Не стал исключением и будущий муж Марии Николай, с которым она встретилась случайно в магазине. Познакомившись, они через несколько месяцев поженились, родился сын Евгений. Она сначала работала в колхозе дояркой, потом телятницей, держали большое подворье. После выхода на пенсию Мария Степановна посвятила свободное время внукам — у неё их пять: «Как же время пролетело быстро. Кажется, недавно мне 80 лет отмечали, а вот уже 90 стукнуло. Всё бы хорошо, но два года назад со мной беда приключилась — упала неудачно, получила перелом шейки бедра. Пришлось долго лежать, лечиться, сейчас только с ходунками и передвигаюсь. Временами тяжело было, даже не хотелось по утрам просыпаться. Ну что за радость сутками лежать без движения? Все родные живут в Богатом, но они меня такой заботой окружили, каждый день звонили, кто мог — навещал, поддерживал. Так постепенно и отступила хандра. Я сейчас ни в чем не нуждаюсь. Сноха Люба — большая молодец, она для меня вкусностей наготовит, а внук всё необходимое привозит. Сиделка Настя у меня очень хорошая, ухаживает за мной. Сейчас в гости ездить не могу, но все равно жизнью внуков и  правнуков интересуюсь. Обязательно на дни рождения, большие праздники всем подарки дарю.

Из-за проблем со зрением телевизор не смотрю, а слушаю, поэтому всегда в курсе происходящего. Вот недавно две женщины приходили, говорят, мы сейчас вам про выборы объясним, а я им отвечаю: «Да я вам еще лучше про них всё расскажу — за новостями слежу, знаю, когда и за кого голосовать надо, чтобы войны не было. Я хоть и не воевала, сильно не голодала, но столько  смертей видела, что точно говорю: война — это самое страшное, что может быть в жизни. А для меня сейчас главное, чтобы у моих родных всё было хорошо».            

Юлия КОВАЛЕНКО.

Фото Е.Мусогутова.

 

 

 

Прочитано 773 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии
Вы здесь: Home